"Пропажа писательской организации" Виктор Лихоносов (часть 8)

СГОВОР

Прочитал грустную заметку  А.В.С. в «Кубанских новостях» от 2 февраля с.г. Она навеяна поездкой писателя  на родную Тамбовщину. Там, как и везде, «мерзость запустения».  В автобусе подобрал он «обрывок старой газеты, прочитал стих». Называется стих «Песня о Родине». Простенькое усталое стихотворение какого-то фронтовика. Если бы мой отец не погиб, дожил бы до глубокой старости, побывал бы в своей деревне Елизаветино под Бутурлиновкой, то наверное почувствовал бы то же самое: воевал за СССР, а какие-то  вчера ещё «безгранично преданные родной коммунистической партии и Советскому государству» функционеры отняли у фронтовиков и страну, и тихую жизнь, и право на патриотизм. Всё понятно.

Непонятно мне только, А.В., одно. Почему вы за грустью так далеко поехали? Все мы мастера плакать по потерянному СССР и по России «вообще», призывать к наказанию кого-то  «вообще». А может, пора уже указывать фамилии и факты преступлений не одних кремлевских светил, а тех, кто живёт рядом? Они так же захватывают народные углы и, значит, Россию. Не это ли фронтовая борьба вместо лирического вздоха? 

 Вы, фронтовики, освободили родную землю от полчищ немецко-фашистских захватчиков, а  нынче безропотно отдали Дом творческих союзов в центре Краснодара какой-то наглой фирме «Кларисса». Мы, младшие, ещё помним, какими удалыми были вы под жестким крылом партии, постановлений Пленумов, «мнения краевого комитета», как клеймили вы на всех перекрестках и в помещениях «литературного власовца» Солженицына иполицаев всех мастей и с какой гордой ответственностью нарядно шли в праздничные дни к трибуне высокого начальства: «С праздничком, Иван Павлович!» А тут затихли в домашних окопах перед валютным дулом «новых русских», которые подрыли сговором ваш творческий Дом и завтра, может, прямо на день 50-летия Победы уедут бражничать на Канарские острова или в Швейцарию! Молчите. Все фронтовики нашего Союза писателей молчат. А у композиторов молчит великий шутник, народный артист Г.Ф.П. Отчего так? Не нужно крепкого здоровья, кучи авторучек, чтобы сесть и так же лирично, но мужественно написать властям: « Да какое вы имеете право чествовать на презентациях и юбилеях культуру, если ваши ближайшие холуи запродали нас воротилам бизнеса? Вы всю многослойную русскую культуру перевели  в одно слово: эстрада! Вы будете рассылать нам к 9 мая  открытки.

А в газете прославлять нас как героев войны. Прежде, чем делать это, затребуйте в своей бухгалтерии годовую смету на культуру и спросите подчинённых: «А разве в с я культура – это шоу-концерты? Разве творческие союзы не фундаментальная основа культуры? Разве русская культура существовала без писателей? Вы оплачиваете феерические представления  и не можете заплатить за освещение писательских помещений?»

Молчат фронтовики -писатели. Все. Даже накануне 50-летия Победы.

Вам всё равно? Фирма «Кларисса» отобрала уже у писателей ключи от входных дверей, припаяла вывеску свою: «Финансы. Кредит. Благоустройство», и вам всё равно?

Ответственный секретарь СП не собрал коллектив, беспечно заявил: «Не хотелось, правда, терять гостиную…» Сказал как о каком-то пустяке. Гостиная, конференц-зал, подвальное помещение запросто, без ведома  в с е г о  коллектива, отдал поэт-начальник, вчера ещё замыкавший писательскую колонну. Вам это приятно? Или вы думаете, что там, куда выселят со временем Союз писателей, не придется платить за аренду, за свет и воду? Мы, писатели, потерпели сокрушительное поражение. Уж куда нам защищать народ, быть «совестью народа! У нас нет обыкновенного профессионального достоинства. Потерпеть поражение в борьбе – куда ни шло. Но мы и не пытались бороться. Союз писателей померк? Тогда не надо просить у власти денег на личные юбилеи и новые книги и ударять себя в грудь « я писатель!» История с Домом творческих союзов как раз и покажет, кто п и с а т е  л ь, а кто всего на всего внедренный партийным временем и круговой порукой член Союза .

1994 год.

 

                                РАСКОЛ 

Нигде не встречал я в творческом мире таких самозабвенно гордых и «всё  понимающих интеллигентов» как на Кубани. И нигде, наверное, нет среди интеллигенции такого же высокотупого равнодушия к русским достоинствам и бедам. Отчего это? Неужели от близости Турции? Или солёной морской водой смыло родные чувства? Некоторые говорили: «мы выше этого, мы не шовинисты…» Кое-кому соседи или служба, что ли, мешают  б ы т ь   р у с с к и м, хвалить Николая Рубцова и Василия Белова. А уж любовно произнести на своей земле слово «Россия» ─ вообще нонсенс! Да, «нонсенс», это же… лучшее слово. эт-то… ку-ль-ту-ра…

С такими интеллигентами в Союзе писателей надо было спорить, причём они ухмылялись, считали тебя колхозником, не тонким, доморощенны. Всё, что не по-русски, ─  гениально. 

Так же высокомерн, чуть ли не по-барски, выставлялись они со своим мнением на разгромные события после ельцинского переворота. 

«Сейчас, ─ писал один «интеллигентнейший человек», ─ на Гайдара пытаются навешать всех собак: он и экономику развалил, и богатства растранжирил. А ведь народное достояние мы благополучно профукали при Леониде Ильиче, разменяли на нефтедоллары, а плановая экономика затрещала, когда Егор Тимурович был ещё просто Егором и в коротких штанишках бегал…

…До сих пор верх у нас брали те, кто речистее и нахрапистее, у кого глотка лужёная. А мне хочется в общество умных и порядочных людей. И, наверное, есть смысл в такой партии, которая могла бы представить мои интересы, и в лидерах, чьи обещания не несут скрытой угрозы для близких мне людей… Вот, наверное, почему сейчас трудно писателю стоять в стороне от политики, если политика в наше время это и есть жизнь. А в трезвый ум Егора Тимуровича я верю»…

С гордым видом «плеяда благороднейших писателей» забрала из сейфов «личные дела» и переложила их в новый шкаф передового «евтушенковского» Союза писателей, отделились в другое помещение и стали на всех углах драть горло за свободу и революционные преобразования. А другие  остались в старой хат.

Раскол выявил не свободолюбцев и каких-то там рабов, а предателей, пошедших за такими же предателями в Москве, и все последующие годы только усиливали  вину этих «передовиков», обнажали их как сообщников гнусного покушения на русскую историю и все русское, домотканое. Раскол таился с давних пор, но наружу не выплескивался так откровенно, как в перестройку и позже. Два стана, два лагеря шли на отчетно-выборные собрания и редсоветы в издательстве со своим «войском». Всё было так ясно вёем. Во время войны на Ближнем Востоке одни переживали за Египет, другие (тайно) за Израиль. Одни радовались  вводу советских войск в Чехословакию открыто, другие были (опять же тайно) против. Всё это за двадцать лет довольно хорошо описано разными людьми, на Кубани мемуаров не будет, в камышах народец поосторожней и похитрей, да и местная история как-то потонула в событиях общероссийских.

Итак, мы, заклейменные «антисемитами», закрылись в своей старой хате, в так называемом «бондаревском» Союзе. Мы тем самым остались в своей несчастной России, ещё раз за одно столетие убитой, искореженной и кое-кем преданной, решили никуда из этой хаты не переходить, под её протекающей крышей, за потускневшими окнами проживать до конца. А у кого в душе двойное гражданство, кто Россию-матушку вслед за москвичем обзывает «сукой», кому Бродский дороже Пушкина  и кто помогал свергать «ненавистную власть» после того, как уже все от неё отхватил и жаждет подкормиться с чужого стола, те пусть обживают обещанные златые углы и дворцы и мотаются по заграницам. Ведь так оно и получилось. У меня среди «ненужных листочков» задержался один с записью моих тогдашних треволнений. «Ещё недавно погреться и перекусить в нашей хате (у ныне «ненавистного бондаревского» очага) желали все: выпрашивали рекомендации, цеплялись за выборные должности, двое из перебежчиков «по блату» устраивались в высшие органы СП РСФСР, соглашались на всё, что внедрял Крайком партии (и некоторые имели «друзей» на самом верху). Стихотворец, десятилетиями наскребавший в свой литераторский ковшик химические строчки, так и не доказавший своей причастности к избранным, с изгибом служил будущим сторонникам ГКЧП в исполкоме и каким-то революционным  образом переключился на сторону демократии. Писатель, сочинявший роман о подпольщиках Екатеринодара, вдруг навалил большую кучу на пьедестал западной свободы. Нельзя верить писателю, который с помощью партийных секретарей таскал к себе новые марки «Волги», славил революционеров Кубани и в угоду этим революционерам обзывал государя Александра III-го «дураком», а его сына-наследника «Николашей», а потом вдруг побежал на тот берег, где его «родного Ильича» считают жуликом и бандитом. Хорошенькие ребята подобрались! И опять… «в ногу с временем». Им, видимо, пообещали кое-что: помещение, издательство, приём в писатели без книги, по рукописи, Возможность разбогатеть. Но одно негласное условие: не быть антисемитом. Ничего удивительного: вся союзная пресса из мрачнейших бед и коварств, которые свалились на Россию, выделяет и непрерывно жуёт и жуёт самую неистребимую, уже чернобыльской якобы пылью надвигающуюся беду: антисемитизм! Оказывается, в трамваях, на работе, в магазинах, на дискотеке, везде, везде люди стрекочут не о хлебе насущном, а об угрозе… антисемитизма. Русскому народу грозит небывалое бедствие, над ним надругались, наших красивых девочек продают за границу, молодежная газета низвергает Шолохова, всё русское унижается, церкви не отдают дом для православного обучения, но… но это во внимание не принимается. Всё перевернуто.

Водорозделом в организации стала не банальная перестроечная грызня, а более глубокое, не вчера  и не позавчера возникшее:  отношение к  и с т о р и ч е с к о й  России. Для либеральной писательской публики Россия – страна рабов, «монглов», народовольцев – террористов, «бухарчиков», «дурака Александра III-го и Николаши», для нас – земля святых угодников Божиих, великих князей, героев войн, полководцев, Государей Николая I-го, Александра III-го и Николая II-го, Столыпина… Каждый выбрал себе с кем он» 

И т.д.

 

ПРОПАЖА ОБЩЕСТВЕННОГО ИМУЩЕСТВА 

«В многообещающие перестроечные годы местные власти решили подарить творческой интеллигенции Дом творчества. Нашли особняк, выделили немалые деньги. Поскольку здание надо было передавать кому-то на баланс, то какая-то организация должна была взять его на содержание, беречь, ремонтировать, поддерживать порядок; решили: двум небогатым Союзам (писателям и композиторам), здесь расположившимся, дать в нагрузку денежное Общество книголюбов. Писатели обживали второй этаж, композиторы ─ законные квадратные метры первого, а книголюбы отхватили себе другие апартаменты …Имущественная трагедия началась после падения власти в стране и с началом приватизации. Непонятно как Дом творческих союзов попал в руки «Кубанской недвижимости». Творцов стали выселять. Похоже, их владение продало  в сговоре с писательским начальством общество книголюбов...»

                       ( «Краснодарские известия», 1995г .8 апреля )

 

« Читатели просят нас продолжить тему. Их интересует, почему так равнодушно отнеслись к судьбе своего дома  кубанские писатели. Почему власти позволили откровенный беспредел и до сих пор делают вид, ─  что ничего не случилось? 

…………………………                                                                  

Снявши голову, по волосам не плачут. Союза писателей де факто нет, он существует лишь юридически. Какой Союз писателей, если книги не издаются и не будут издаваться?! Писательская профессия ликвидирована наряжу с профессией партработника.

Вот   почему к судьбе Дома творчества я отношусь индифферентно. Страсти кипят надуманные, их инициаторы ставят ясную цель… Писатели  когда-то надоели буржуям, и они на нас выместили зло. Раньше в Союзе писателей была возня из-за того, что делили шкуру неубитого медведя. И жирного медведя! Знали: где-то он бродит. А теперь его нет, он нигде не бродит, а шкуру  всё делят.

Здание надо содержать, у нас нет средств на оплату электроэнергии, телефонов. Кто спросил, как мы перебиваемся здесь зимой без отопления? Нас содержали как клопов, потому что мы не были включены ни в городской, ни в краевой бюджеты. И мы согласились на те условия, которые нам предложила коммерческая структура: от бедности, безысходности. Все согласились, а теперь вдруг закипели страсти. Всё от лукавого. 

                                                                                                Анатолий Знаменский

Обсудить у себя 0
Комментарии (0)
Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети:

"Родная Кубань"
"Родная Кубань"
Было на сайте никогда
тел: 8-861-259-31-71
r-kuban@mail.ru
Читателей: 12 Опыт: 0 Карма: 1
Immortality is to work on something forever......
(Joseph Ernest Renan)
В.И. Лихоносов  (поселок  Пересыпь,  2011  год)фото Петра Янеля